Самопознание

человеческий потенциал безграничен


  • Избранная

  • Знадоби до ненаписаного бестселера! ;) - 1

  • Описание процесса эволюции представлений о времени в древнегреческой философии закономерно начать с античной мифологии, ибо именно на её мировосприятие опирается вся античная натурфилософия. Наибольший интерес в данной области представляют произведения Гомера и Гесиода, и прежде всего потому, что в творчестве этих авторов обнаруживается целый ряд особенностей, не характерных для предшествующей  архаичной мифологии. К одной из таких особенностей можно отнести историзм, выражающийся в наличии последовательности описываемых во времени событий, причём последовательность эта не только земная (похищение Елены,  Троянская война и т. д.), но и  божественная. Так  в «Теогонии» Гесиода читаем:

     «Прежде всего во Вселенной Хаос зародился, а следом

    Широкогрудая Гея, всеобщий приют безопасный,

    Сумрачный Тартар, в земных залегающий недрах глубоких,

    И, между вечными всеми богами прекраснейший,—Эрос.

    ..Черная Ночь и угрюмый Эреб родились из Хаоса.

    Ночь же Эфир родила и сияющий День, или Гемеру:

    Их зачала она в чреве, с Эребом в любви сочетавшись.

    Гея же прежде всего родила себе равное ширью

    Звездное Небо, Урана, чтобы точно покрыл ее всюду..».

     

    Здесь, в процессе  описания  определённых, следующих одно за другим  событий, помимо присутствия мифических понятий,  обнаруживаются уже  и абстрактно-философские, такие как  Хаос и Тьма. Возможно, что  именно этот, незаметный на первый взгляд, переход от божественных персонажей к космическим силам и фиксация на них, и привёл в конечном итоге греческую мысль к возникновению первой милетской школы.

     

    По поводу того, каким представлялся Хаос Гесиоду, ясно не многое. Из того, что известно, важно выделить следующее: Хаос по Гесиоду возникает первым, ещё до возникновения времени (Кроноса) и существует в виде первичного неопределённого бесконечного пространства. Это не означает, что времени в таком пространстве вообще нет  – это указывает на существование времени иного, хаотического, никак не связанного со временем циклическим и упорядоченным. Можно сказать, что в гесиодовской «Теогонии» присутствуют представления как бы  о двух разных типах времён: одно из них цикличное время несовершенного мира (Кронос), другое  же - высшее время, в котором отсчитываются глобальные моменты  истории мира, например последовательность появлений таких фундаментальных начал, как сначала Хаос, затем Гея и т. д.

    Эти смутные идеи о наличии двух времен получают развитие в античной натурфилософии в рамках представлений о динамическом и статическом времени, о времени несовершенного мира мнений и о вечности мира умопостигаемого. Мо мере развития абстрактного мышления, происходит отделение самого понятия времени от наполняющих его событий. Если ранее  Хаос выступал в качестве единства пространственного и материального начал, а Кронос темпорального и материального, то в дальнейшем эти моменты  дифференцируются и в развитой античной натурфилософии  пространство и время выступают уже отдельно. Соответственно меняется и отношение к будущему — его можно не только в некоторой степени ощутить, но и чётко вычислить. На первый план выступают такие понятия, как Закон, Космос, Число, Логос. Все это характеризует новый этап в развитии древнегреческой философии, который ознаменовался интенсивной разработкой проблемы пространства и времени.

    Конечно, не только идеи гомеро-гесиодовской мифологии положили начало развитию философской мысли  древней Эллады.  Древнегреческие философы конца VII –начала VI веков обращаются также к интеллектуальным достижениям Востока, и прежде всего к  математическим и космологическим доктринам  Вавилона и Египта. Результатом такого синтеза  явилась милетская философия, представленная Фалесом, Анаксимандром и Анаксименом.

    Этих мыслителей объединяет поиск первоосновы мира, которую все они постулировали как нечто неопределённое. Даже не смотря на то, что и Фалес и Анаксимен в качестве первоосновы брали вполне определённые объекты (воду и воздух соответственно), их суть в конечном итоге сводилась к бесформенности и неупорядоченности. В полной мере такая нацеленность отразилась в философии Анаксимандра, который началом сущего объявляет апейрон — беспредельность и бесформенность в чистом виде. Эти представления перекликаются с представлениями Гомера об Океане и Гесиода о Хаосе. Однако есть в них и нечто принципиально новое, а именно то, что делает представления милетских мыслителей философскими,— с их первоначалами в человеческую культуру вошла идея субстанции, которая до сих пор играет весьма важную роль  в науке. Кроме того, в отличии от Океана и Хаоса, субстанция Анаксимандра не возникает во времени, а является вечной и неуничтожимой, т.е. существующей вне времени.

    Но воззрения милетцев, равно как и представления Гомера и Гесиода, в большей степени касались проблемы начала мира, его «предсуществования», а  не самого мира, как уже существующего. В этом смысле значительным шагом вперёд становятся концепции представителей элейской философии, для которых характерно пристальное внимание к миру и в особенности к проблеме движения в нём. Элейцы исходили из признания вечности и неизменности единого бытия, в котором, по их мнению, движения вообще нет. В отношении категории времени их концепцию можно смело назвать статической, в отличии от позиции их оппонентов, в частности Гераклита, который развивал динамическую концепцию времени и чей космос был вечно пылающим огнём. Гераклит писал: «Этот космос, один и тот же для всего существующего, не создал никакой бог и никакой человек, но всегда он был, есть и будет вечно живым огнем, мерами загорающимся и мерами потухающим». Фактически речь здесь идёт о бесконечном времени, но не о таком времени, которое  является чем-то неопределённым, а о времени, делящимся внутри себя на прошлое, настоящее и будущее. Гераклит говорит о мерности загорания и потухания огня, что соответствует циклической модели времени. Гераклит  связывает время с Логосом, который является сущностью времени и определяет его фундаментальные характеристики и структуру. Таким образом, с одной стороны, огонь, лежащий в основе мира Гераклита, в своей бесформенности и неопределенности отвечает всем характеристикам гесиодовского Хаоса и стихиям милетских философов, с другой же стороны, Логос является тем, что вносит в эту неопредёлённость некий порядок, указывает направление процесса развития. 

    Взгляд, противоположный позиции Гераклита, отстаивают представители элейской  школы - Ксенофан, Парменид, Зенон и Мелисс.

    Ксенофан рассматривает Вселенную как единую и неизменную однородную сущность: «Он полагает, что ничто не возникает, не уничтожается и не движется, и что все (т. е. Универсум) есть одно, (причем) вне изменения».

    Парменид основывается на тезисе «сущее едино».  Это означает, что для такого сущего отсутствует течение времени, и что "наблюдаемые изменения являются иллюзией наших органов чувств, тогда как постигаемое мышлением истинное бытие, которое лежит в основе неистинного, чувственно воспринимаемого мира, представляет собой нечто единое и неделимое".

     Зенон обращает внимание на логические трудности, которые неминуемо возникают при попытке осмысления движения, а значит и времени. Свои знаменитые апории Зенон формулирует в подтверждение основного тезиса своего учителя Парменида о единстве сущего.  Доводы, которые приводит Зенон, можно свести к следующему: понятия, основанные на фрагменте действительности, сколь бы очевидным не было их содержание, всегда являются  в известной мере формализованным,  и каким-либо образом  универсализировать их принципиально нельзя. Значение апорий, прежде всего в том, что они на простых примерах развенчивают претензии наглядного, обыденного мышления на свою достаточность в понимании действительности.

    Завершает учение элеатов Мелисс, утверждая вечность бытия не как вневременность, а как вечность во времени. Он выдвигает следующее положение: "Сущее безначально, сущее одно, сущее бесконечно, сущее неподвижно".

    В общем концепция элейцев - это учение, в которой бытие мыслится, как неподверженное изменениям или, скорее, как актуально содержащее в себе все возможные изменения. Этот аспект присущ бытию как целостности, которая чувственно не воспринимается, однако  может быть постигнута умом, что и демонстрируют  своими строгими логическими рассуждениями элейские мыслители.

    Парадоксы, возникшие при попытке  теоретически осмыслить природу времени, в дальнейшем пытаются разрешить афинские философы. Наиболее интересные решения проблемы времени находим у Платона и Аристотеля.

    Платон отвергает  понимание  бытия как единого, не имеющего никакого соприкосновения с миром множественности и становления. Тем самым он пересматривает посылки, лежащие в основе парадоксов Зенона.  В  диалоге «Парменид», касаясь темы единого и многого, Платон ведет полемику с элеатами и дает свое  понимание соотношения этих двух категорий. С точки зрения Платона, единому невозможно приписать никакого  предиката, ибо всякое высказывание о нем уже делает его многим. Ведь если мы утверждаем, что «единое существует», мы автоматически приписываем ему предикат бытия (существования), и, следовательно уже мыслим многое, т.е. единое и его бытие. «Единое, раздробленное бытием, представляет собой огромное и беспредельное множество» (Парменид). Отсюда Платон делает вывод, что «существующее единое» не может быть единым. Оно может быть таковым только в том случае, если не обладает бытием, т.е. является сверхбытийным. Кроме того, оно не может быть также и предметом мысли, ибо одна лишь мысль о едином сразу же делает его многим. Предметом мышления  может быть только бытие, но не единое. Единое есть непостижимое начало, необходимая предпосылка как бытия (множественности), так и познания, ибо составляет условие возможности и того и другого.  Бытие по Платону - это сфера умопостигаемых сверхчувственных идей, каждая из которых несёт в себе  начало единства.

    По аналогии с бытием можно рассматривать и время.  Время представляет собой последовательность моментов, выраженных в движении от прошлого через настоящее к будущему. Являясь  множеством, оно, как и бытие,  не может быть мыслимым без связи  с единым.  В диалоге «Тимей» Платон пишет: «Когда Отец усмотрел, что порожденное им, это изваяние вечных богов, движется и живет, он возрадовался и в ликовании замыслил еще больше уподобить [творение] образцу. Поскольку же образец являет собою вечно живое существо, он положил в меру возможного и здесь добиться сходства; но дело обстояло так, что природа того живого существа вечна, а этого нельзя полностью передать ничему рожденному. Поэтому он замыслил сотворить некое движущееся  подобие вечности; устроив небо, он вместе с ним творит для вечности, пребывающей в Едином, вечный же образ, движущийся от числа к числу, который мы назвали временем. Ведь не было ни дней, ни ночей, ни месяцев, ни годов, пока не было рождено небо, но он уготовил для них возникновение лишь тогда, когда небо было устроено. Все это - части  времени, а «было» и «будет» суть виды возникшего времени, и, перенося их на вечную сущность, мы незаметно для себя делаем ошибку... Тому, что вечно пребывает тождественным и неподвижным, не пристало становиться со временем старше или моложе... либо вообще претерпевать что бы то ни было из того, чем возникновение наделило поток данных в ощущении вещей. Нет, все это  - виды времени, подражающего вечности и бегущего по кругу согласно закону числа» (Тимей).

    Из этого рассуждения следует, что время было сотворено демиургом вместе с космосом, т.е оно было не всегда. Являясь подобием образца и подражая ему, время является подобием вечности. Оно не совершенно, ибо совершенство образца нельзя полностью  передать сотворённому. Таким образом время, с одной стороны, представляется отличным о вечности, с другой же стороны, причастным ей, ибо создано вечностью как подобие.

    Мысля время соотнесенным с вечностью, Платон рассматривает его как категорию космическую: оно возникает вместе с космосом, явлено в движении небесных тел и подчиняется закону числа. Поскольку космос не вечен, а только создан по вечному образцу, то он может иметь также и конец своего существования. Космос создал демиург, а значит только демиург может его уничтожить. То же самое можно сказать и в отношении времени. Вопрос о возможном конце времени, так же как и космоса, остается у Платона в сущности открытым:  время, говорит он, «возникло вместе с небом, дабы, одновременно рожденные, они и распались бы одновременно, если наступит для них распад» (Тимей).

    Платоновское рассмотрение времени сквозь призму  понятия вечности  сохраняется на протяжении многих столетий в традиции платонизма и  получает дальнейшее развитие  в работах  Плотина, Прокла, Ямвлиха, Симпликия и др.

    Но наибольшее внимание проблеме времени из всех представителей античной мысли уделяет Аристотель. До него в центре внимания находились проблемы бытия вообще, а вопрос о времени ставился в основном косвенно. Аристотель же, занявшись конкретным анализом времени, сразу же обращает внимание на трудности, связанные с его исследованием. Задача Аристотеля – нахождение метода, способного прояснить природу времени. И Аристотель пытается это сделать:  "Прежде всего хорошо будет поставить о нём (о времени) вопрос с точки зрения более общих соображений, (а именно) принадлежит ли (время) к числу существующих или несуществующих (вещей), затем - какова его природа.

    Что время или совсем не существует, или едва (существует), будучи чем-то неясным, можно предполагать на основании следующего. Одна часть его была и её уже нет, другая - будет, и её еще нет; из этих частей слагается и бесконечное время, и каждый раз выделяемый (промежуток) времени. А то, что слагается из несуществующего, не может, как кажется быть причастным существованию".

    Аристотеля интересуют два аспекта:

    1)      что подразумевается под понятием «теперь» (т.е. настоящим);

    2)      как время соотносится с движением.

             Аристотель говорит о неразделимости времени и «теперь»: "Ясно также, что если времени не будет, то не будет и "теперь" и, если "теперь" не будет, не будет и времени... Время есть число перемещения, а "теперь", как и перемещаемое, есть как бы единица числа. Время и непрерывно через "теперь", и разделяется посредством "теперь".

    "Теперь" есть неделимый момент времени, не имеющий в себе как движения, так и покоя. Аристотель сравнивает «теперь» с геометрической точкой. Точка является неделимой частью линии, однако про саму линию нельзя сказать, что она есть  только сумма точек. И подобное утверждение в полной мере относится ко времени.  Время не есть сумма отдельных «теперь». Оно лишь опосредуется «теперь» как связующим звеном между прошлым и будущим.

     Аристотель критикует  тех, кто представляет время тождественным движению: "А именно, одни говорят, что время есть движение Вселенной, другие - что это сама (небесная) сфера. (Что касается первого мнения, то надо сказать, что) хотя часть круговращения (Неба) есть какое-то время, но (само время) ни в коем случае не круговращение: ведь любой взятый (промежуток времени) есть часть круговращения, но не (само) круговращение.

    Далее, если бы небес было много, то таким же образом время было бы движением любого из них, следовательно, сразу будет много времен.

    А мнение тех, кто утверждает, что время есть сфера Вселенной, имеет своим основанием лишь то, что все происходит как во времени, так и в сфере Вселенной; такое высказывание слишком наивно, чтобы стоило рассматривать содержащиеся в нем нелепости".

    Вместе с этим Аристотель также утверждает, что "однако время не существует и без изменения", делая  вывод: "Итак, что время не есть движение, но и не существует без движения - это ясно" (там же). "Время не есть число, которым мы считаем, а подлежащее счету".

    Таким образом, акцентируя своё внимание на времени, Аристотель  особенно выделяет его из всей общефилософской проблематики. Это несомненно послужило основой дальнейшим философским размышлениям о времени, как об отдельной и весьма сложной для понимания категории.


  • Избранная

  • Знадоби до ненаписаного бестселера! ;) - 1






  • Последние новости


    Дружба

    Все жизненные проблемы приносят с собой золотые самородки мудрости, обнаружить которые помогает истинная дружба. Вы замечали, что есть люди, которые дают вам силы, поднимают настроение и вызывают желание находиться рядом? И те, кто стремится вытянуть из вас энергию, надоедает вам и делает все так, что хочется сбежать. Нас подде...
    Читать далее »

    Советы, способствующие успеху

    ВЫЯВЛЕНИЕ ЦЕННОСТЕЙ Правильный выбор – Это результат жизни в соответствии со своими высшими ценностями, то есть путь к лучшей жизни. ЖИЗНЕННАЯ ЦЕЛЬ Лучшие люди выбирают цель, которая затрагивает лучшие струны в других. МИССИЯ Жизнь нельзя прожить дважды. Теперь или никогда, поэто...
    Читать далее »

    Утренние вопросы

    Если бы мне осталось жить всего месяц, что бы я делал из того, что делаю сегодня? Что я сделаю сегодня, чтобы почувствовать себя счастливым? Какие прекрасные воспоминания останутся у меня в памяти сегодня? Какие убеждения сделали мою жизнь такой, какая она есть? Во что нужно поверить, чтобы прожить удивительную жизнь? ...
    Читать далее »

    И еще несколько вопросов

    Знать мысли Бога – все равно что знать, как преуспеть в жизни. Глубоко поразмыслив над вопросами этой книги и записав свои ответы в дневник, вы развили в себе привычку анализировать. Поздравляю! Это важнейший навык успешной жизни. Способность к самоанализу и постановке правильных вопросов наряду с пониманием того, как использовать интуицию и природную мудрость, изменит нап...
    Читать далее »

    Путешествия

    Поставьте перед собой цель жить полноценно. Самый печальный итог – оглянуться назад и вопрошать, что можно было бы иметь, если бы… Дорожите своими заветными мечтами, воплощая их в жизнь. Ах, путешествия… Большинство из нас любят путешествовать и страстно стремятся к этому. Мы тоскуем по приключениям в реальной жизни. Хотим посетить удаленные места, узнать культуры, не...
    Читать далее »

    Счастье

    Там, где жизнь бьет ключом, где оживленно и весело, там и ищите свое счастье. Моя шестилетняя внучка Элла однажды зашла в мой офис и уселась в кресло. Она давно слышала, что я занимаюсь коучингом, поэтому я спросил ее: «Не хочешь побыть сегодня тренером и немного поучить других?» Малышка посмотрела на меня, выпрямилась в кресле, и я понял: она готова. Элла спросила: – О ч...
    Читать далее »

    Взаимоотношения

    Любовь Магия Бога выражается через любовь; наивысшая форма любви – бескорыстная помощь другим. Вы когда нибудь смотрели в глаза новорожденного и ощущали восторг, который ребенок приносит в этот мир? Большинство из нас чувствуют исходящую от детей любовь. Мы являемся в мир с любовью и открытым сердцем. С самого детства мы отдаем свою любовь этому миру. Из л...
    Читать далее »

    Ваш комментарий:


    Вы должны войти в систему, чтобы оставить комментарий.