Самопознание

человеческий потенциал безграничен


  • Избранная

  • Знадоби до ненаписаного бестселера! ;) - 1

  •             В последней части речь пойдёт о двух выдающихся философах ХХ –го столетия –Эдмунде Гуссерле и Мартине Хайдеггере.

    Являясь в начале своей творческой деятельности учеником Ф. Брентано, Гуссерль часто использует в своих рассуждениях термин Брентано «интенциональность». Это термин означает, что феномены сознания обладают имманентной (т. е. внутренне присущей им) предметностью. Благодаря ей оказывается возможным избавиться от мучительного вопроса о соответствии знания внешней реальности. Гуссерль настаивает на вынесении вопроса о реальности «за скобки» Он считал, что изучать следует только всеобщие и необходимые акты сознания. Именно за счет этих актов возможны суждения о реальных предметах.

    Из всех способностей человеческого сознания Гуссерль особенно выделяет четыре: способность ощущать, вспоминать, воображать и судить. Важно, что при познании различных модусов времени человек может использовать не один, а несколько из этих способностей. Анализ, который осуществляется Гуссерлем по отношению к отдельным модусам времени, отличается глубиной и всесторонностью во многом именно потому, что он не настаивает на привлечении только какого-то одного свойства сознания для познания соответствующего модуса времени.

     В качестве примера можно привести суждения Гуссерля об анализе такого модуса, как прошлое. Прошлое в сознании выступает как воспоминание, которое есть «ощущение, или, что означает то же самое, «импрессия». Или более точно: оно может содержать фантазмы, но оно само не есть (производимая) фантазией модификация (по отношению) к некоторому другому сознанию как соответствующему ощущению» (1, 116). Уже из этого небольшого отрывка становится понятна приверженность Гуссерля к привлечению различных способностей нашего сознания для характеристики процесса познания отдельных модусов времени (в данном случае прошлого при помощи воспоминаний). Гуссерль не исключает как роли ощущений, так  и роли фантазии в процессе реконструкции прошлого, ибо в процессе воспоминаний прошлое как бы «втягивается» в настоящее.

    Однако,  Гуссерль все же ограничивает роль фантазии в отражении прошлого. Это ограничение он осуществляет по многим позициям. Гуссерль подробно рассматривает роль фантазмов и приходит к выводу, что «…хотя мы находим, что модальность воспоминания превратилась в соответствующий фантазм, однако материя воспоминания, явленность воспоминания ...сама далее не модифицируется, так же как не модифицировались далее содержащиеся в нем фантазмы. Фантазм второго уровня не существует. И вся явленность воспоминания, составляющая материю воспоминания, есть фантазм, и далее не протекает никакой модификации» (1, 116).

    Ограничение роли фантазии при воспоминаниях происходит ещё и потому, что особую роль здесь играет вера. По этому вопросу Гуссерль пишет: «Я вспоминаю о некотором событии: в воспоминании содержится воображаемая явленность события, которое является вместе с фоном явленности, к которому я сам принадлежу, эта совокупная явленность имеет характер воображаемой явленности, однако имеет (также) модус веры, который характеризует воспоминания» (1, 116).

    Обстоятельство веры очень большое значение. Здесь речь идет не только об ограничении фантазии. В построениях моделей будущего, в мечтах может иметься «безудержная фантазия», и вера в этом случае  играет роль своеобразного критерия истинности. Вера сама по себе, без сочетания с другими факторами не может быть гарантом истинности, однако обращение к ней целесообразно.

    Интересно рассуждение Гуссерля о происхождении понятия времени. Гуссерль отмечает, что на вопрос о происхождении понятия времени нельзя ответить таким же образом, как мы отвечаем на вопрос о происхождении наших понятий о цвете, о тонах и т.п. Гуссерль пишет, что «длительность ощущения и ощущение длительности – две разные вещи» и «последовательность ощущений и ощущение последовательности не одно и то же». Источник представлений о времени он видит в сфере фантазии. В формировании представлений о времени фантазия обнаруживает специфическим образом свой продуктивный характер. Здесь имеет место единственный случай, где она поистине творит новый момент представлений, а именно «временной момент» (1, 14).

    По сути, в этом суждении содержится и ответ на вопрос о том, что именно является неиссякаемым источником времени. Такой вопрос закономерно ставится в работах, посвященных исследованию проблемы «ресурсного времени». Некоторые авторы предполагают, что идея времени определенным образом соотносится с желаниями человека.

    По мнению Гуссерля, в разных философских традициях закономерными являются различные трактовки феномена времени. Что касается современной ситуации в философии, то Гуссерль указывает на перспективность нового синтеза. Предполагается, что поиски трансцендентальной философии следует направлять не в сторону выяснения соотношения между сознанием и знанием, а в сторону соотношения между сознанием и жизнью. Именно от правильного понимания сознания зависит возможность «нового синтеза». Тем самым вместо однородной, уходящей в бесконечность логической плоскости сознания, Гуссерлем раскрыты архаические глубины сознания. Гуссерль пишет, что «наиболее широкой темой трансцендентальной философии является сознание вообще как последовательность конститутивного действия, в котором на все новых и новых ступенях или слоях конституируются всё новые и новые объективности, объективности нового типа» (2,  237).

    Феномену времени в предлагаемой программе исследования сознания естественно принадлежит значительная роль, хотя бы потому, что переключение философского анализа, который предполагается осуществить в трансцендентальной философии, определяется обращением к исследованию закономерностей функционирования именно временного сознания, к исследованию его генезиса.

    Во многом основываясь на феноменологии Гуссерля, строил свою онтологию Мартин Хайдеггер. «Поскольку только человеку изначально свойственно понимание бытия…» (3, 753), Хайдеггер стремился раскрыть «смысл бытия» через рассмотрение человеческого бытия. Хайдеггер открыл «экзистенциалы» творческого бытия и рассматривал их как смыслоконститутивные, т. е. устанавливающие смысл. Раскрывая содержание понятия «экзистенциал», он пишет: «Бытие при мире в ещё точнее истолкуемом смысле растворения в мире есть экзистенциал» (4, 54). Экзистенциалы выступают как «необходимый структурный момент самого бытия» (5, 353). Экзистенциалами являются также «бытие-в-мире» (in der-Welt-sein), «бытие-с-другими» (Mit-sein), «бытие-в-возможности», включающее в себя озабоченность миром, тревогу.

    Проблеме времени во многом была посвящена одна из  наиболее фундаментальных работ Хайдеггера «Бытие и время», а также лекционный курс, прочитанный им ещё в 1925 году в Марбургском университете и подготовивший основные идеи этой работы. При раскрытии проблематики времени Хайдеггер использует метод экзистенциальной аналитики, представляющий собой метод постижения бытия и состоящий в попытке сделать прозрачным определенное сущее и человека, ищущего смысл бытия.

    При изучении Хайдеггера возникает трудность, связанная с тем, что язык Хайдеггера очень сложен и, по сути, представляет собой особый язык. Во многом именно из за этого возникают проблемы проникновения в ход его мыслей. Хайдеггер обнаруживает «фундаментальную роль понятия времени». Он пишет, что не только история, но и природа «имеют временной характер». «Этой временной действительности в целом обычно противопоставляют вневременные предметы, которые являются темой, например, математических исследований. Наряду с этими вневременными предметами математике известны надвременные – вечные – предметы метафизики или теологии. В этом уже – совершенно схематично и грубо – проявляется то обстоятельство, что время представляет собой единый «индекс», различающий и отграничивающий предметные области вообще. Понятие времени раскрывает для нас способ и возможность такого разграничения универсальной сферы сущего. Это понятие так или иначе… становится путеводной нитью для вопроса о бытии сущего и о его возможных регионах; однако эта его принципиальная роль не получает отчетливого осознания… Таким образом, понятие времени – это совершенно особое понятие, связанное с основным вопросом философии». По Хайдеггеру, это «вопрос о бытии сущего» (6, 12).

    Одно из принципиальных положений концепции М. Хайдеггера заключается в том, что он предлагает для понимания сути времени соотнести временность с понимающим бытие присутствием. Речь идёт о присутствии человека в мире, его погруженности в бытие. При этом М. Хайдеггер подчеркивает, что для этого необходимо «ограничить добытое так понятие времени от расхожего понимания времени» (4, 17). Под расхожим пониманием времени он имеет в виду такое толкование времени, которое сложилось в традиционной концепции времени от Аристотеля до Бергсона и далее. Хайдеггер разграничивает таким образом два различных  представления о времени – обыденное и научное, показывая, что сама стратегия постижения феномена должна основываться на анализе способов перехода от расхожих представлений к теоретическим.

    Обыденные, дологические представления о времени формируются в тесной связи с практической деятельностью, с «бытийствованием» человека. Эта бытийственность, как присутствие человека в мире, М. Хайдеггер соотносит с временностью и при этом вырисовывается довольно важная, принципиальная функция времени. М. Хайдеггер пишет, что присутствие является таким способом, чтобы существуя понимать нечто подобное бытию.

     Присутствие (существование) всегда связано с временностью, темпоральностью. Отсюда можно сделать вывод, что именно временность обеспечивает отражение «подобное бытию». Не полностью адекватное отражение, не удвоение бытия, а продуцирование того, что «подобно бытию» – в этом одна из функций феномена времени. Хайдеггер отмечает при этом, что категория времени способна выполнять функции своеобразного зеркала, которая не является единственной функцией, а определенным образом соотноситься с другими функциями. Само представление о зеркале носит во многом метафизический характер. Всё дело в том, что весь внешний мир отражается во внутреннем мире субъекта, точнее все представления о внешнем мире должны быть «преломлены» во внутреннем мире субъекта. Человек может осуществлять взаимодействия с объектами внешнего мира, только если он исходит из этих представлений.

    Фактор времени – это своеобразный фильтр. Тем самым эта всегда некая модель, т.е. отражение заведомо неполное, «ущербное». Фильтр что-то пропускает, что-то задерживает. В самом механизме фильтрации содержится нечто созвучное представлениям об отражении. Механизм процесса фильтрации зависит как от устройства самого фильтра, так и от природы того, что именно фильтруется. (В этой связи интересно отметить, что почти все основные внутренние органы человека включают в себя функцию фильтра.)

    Взаимосвязь функций «фильтра» и «зеркального» отражения лучше всего рассмотреть на примерах поведения человека в экстремальных ситуациях. Хайдеггер, анализируя ситуацию, в которой человек испытывает страх, показывает, какие изменения претерпевают взаимоотношения между представлениями о модусах времени в сознании. Хайдеггер пишет, что «страшащееся ожидание страшится», т. е. что «страх перед… всегда есть страх о…, в этом лежит настроенческая черта страха. Его экзистенциально-временной смысл конституируется за-быванием; спутанным отодвиганием от своей фактичной способности быть, в качестве каковой угрожаемое бытие-в-мире озабочивается подручным» (4, 341).

    Рассматривая этот вопрос, Хайдеггер обращается к наследию Аристотеля, который определяет страх как некую угнетенность, смятение. Хайдеггер отмечает, что угнетенность толкает присутствие назад к брошенности, но так, что последняя оказывается замкнута, теряя способность мыслить даже ближайшее прошлое и будущее. Смятение основано в за-бывании. Страшащаяся озабоченность забывает себя и потому не выбирает ни одну из определенных возможностей, а скачет от ближайшего к ближайшему. В этом суждении особенно важно подчеркнуть, что происходят как бы два одновременных процесса: личность забывает себя – это один процесс; и теряется способность делать правильный выбор, т. е. ориентироваться в будущем. Важно здесь то, что ориентировка во времени происходит через себя, через субъекта.

    Перед личностью в ситуации смятения подвертываются всевозможные, т. е. также и невозможные, возможности. Но ни на одной страшащийся не задерживается. Окружающий мир не исчезает, но его встречают неким больше-не-разбираюсь в нём. «Забвение себя в страхе сопровождается смятенной актуализацией первого попавшегося. Известно, например, что жильцы горящего дома часто «спасают» самое безразличное, подвернувшееся под руку. Забывшаяся актуализация путаницы парящих возможностей делает возможным смятение, которое создает настроение страха. Забывчивость смятения модифицирует и ожидание. Ожиданию придается характер угнетенного, соответственно смятенного ожидания, которое отличается от чистого выжидания» (4,  342).

    Таким образом, в ситуации паники, страха происходит искажение представлений о прошлом и будущем, а именно: прошлое забывается, а при построении моделей будущего включаются всяческие невозможные ситуации.

    Хайдеггера так же привлекает такое понятие, как «внутривременность». Раскрывая его суть, он обращает внимание на содержание понятия «теперь». В слове «теперь», с точки зрения Хайдеггера, как бы удерживается частичка более раннего бытия во времени и вместе с тем раскрывается горизонт для реализации тех или иных действий в ближайшем будущем. Например: после того, когда они сняли пальто в гардеробе театра, отец сказал сыну, что теперь можно пойти в зрительный зал. После анализа в совокупности «теперь», «уже-не-теперь» и «еще-не-теперь», Хайдеггер делает вывод о том, что «являющее себя в такой актуализации есть время» (4, 421).

    Вкратце сущность экзистенциального исследования времени Хайдеггера сводится к следующему. В слово экзистенция Хайдеггер вкладывает содержание возможности и проектирования. Человек всегда носит с собой «свой проект». Поэтому в структуре  модусов времени (настоящего, прошлого и будущего) фундаментальным у Хайдеггера является будущее. В видении себя на фоне грядущего состоит существенная черта экзистенциальности. Но поскольку Хайдеггер соотносит жизнедеятельность человека прежде всего с состоянием озабоченности, то у него устанавливается связь между представлением о будущем и заботой. Забота предвосхищает возможности, вырастает из прошлого и подразумевает будущее. Все три модуса времени – прошлое, настоящее, будущее – имеют значение «быть вне себя». Иными словами: будущее – это устремление; настоящее – это возможность быть при вещах; прошлое – возвращение к факту и принятие ситуации.

                Хайдеггер говорит так же и о неподлинном времени, о т.н. вещном времени. Подлинная экзистенция (страх) показывает незначительность всех человеческих проектов. Человек живет, принимая дух своего времени и народа, но всё же, будучи в мире, он и вне его, ибо пережил предвосхищающий опыт смерти, раскрывший Ничто человеческой экзистенции. При этом Хайдеггер отмечает, что история и бытие едины по своей онтологической структуре.

    В работе «Кант и проблемы метафизики», Хайдеггер вновь возвращается к проблеме связи прошлого, настоящего и будущего с познавательными способностями человека. Давая весьма своеобразную интерпретацию философии Канта, Хайдеггер говорит не о трёх временах, а о «тройственном единстве времени», в котором трём его формам соответствуют три вида синтеза трансцендентальной субъективности: прошлое является результатом деятельности трансцендентального воображения, настоящее, теперь – результат чистой деятельности созерцания, а будущее – следствие синтеза в понятии, т.е. чистого мышления. Сущностью трансцендентальной субъективности, по мысли  Хайдеггера, оказывается само темпоральное единство, собственно и образующее то, что принято называть историческим временем (а отнюдь не время физическое, неподлинное).

    Завершая анализ темпоральных идей Хайдеггера, важно подчеркнуть, что философ не рассматривал человеческое существование, как нечто, протекающую во времени, а, напротив, видел в нём само время. Как пишет П. П. Гайденко, «временность» оказывается последним словом философии М. Хайдеггера; для вечного в этой философии не остается места» (7,  276).

                    Литература:

    1.  Гуссерль Э. Феноменология внутреннего сознания времени. Собр. соч., т. 1. М., 1994.

    2. Husserliana Bd. 11, c. 339 / Цит. по: М. Рубене. Субъективность, аффективность,

    время: к феноменологической реформе трансцендентализма // Феноменология в современном мире. Рига, 1991.

    3. Гайденко П.П. Хайдеггер // Философский энциклопедический словарь. М., 1983.

    4. Хайдеггер М. Бытие и время. М., 1997.

    5. Борисов Е. Феноменологический метод М. Хайдеггера // Хайдеггер М. Пролегомены к

          истории понятия времени. Томск, 1998.

    6. Хайдеггер М. Пролегомены к истории понятия времени. Томск, 1998.

    7. Гайденко П.П. Прорыв к трансцендентному. Новая онтология

          XX века. М., 1997.

     

     

    </style>


  • Избранная

  • Знадоби до ненаписаного бестселера! ;) - 1






  • Последние новости


    Дружба

    Все жизненные проблемы приносят с собой золотые самородки мудрости, обнаружить которые помогает истинная дружба. Вы замечали, что есть люди, которые дают вам силы, поднимают настроение и вызывают желание находиться рядом? И те, кто стремится вытянуть из вас энергию, надоедает вам и делает все так, что хочется сбежать. Нас подде...
    Читать далее »

    Советы, способствующие успеху

    ВЫЯВЛЕНИЕ ЦЕННОСТЕЙ Правильный выбор – Это результат жизни в соответствии со своими высшими ценностями, то есть путь к лучшей жизни. ЖИЗНЕННАЯ ЦЕЛЬ Лучшие люди выбирают цель, которая затрагивает лучшие струны в других. МИССИЯ Жизнь нельзя прожить дважды. Теперь или никогда, поэто...
    Читать далее »

    Утренние вопросы

    Если бы мне осталось жить всего месяц, что бы я делал из того, что делаю сегодня? Что я сделаю сегодня, чтобы почувствовать себя счастливым? Какие прекрасные воспоминания останутся у меня в памяти сегодня? Какие убеждения сделали мою жизнь такой, какая она есть? Во что нужно поверить, чтобы прожить удивительную жизнь? ...
    Читать далее »

    И еще несколько вопросов

    Знать мысли Бога – все равно что знать, как преуспеть в жизни. Глубоко поразмыслив над вопросами этой книги и записав свои ответы в дневник, вы развили в себе привычку анализировать. Поздравляю! Это важнейший навык успешной жизни. Способность к самоанализу и постановке правильных вопросов наряду с пониманием того, как использовать интуицию и природную мудрость, изменит нап...
    Читать далее »

    Путешествия

    Поставьте перед собой цель жить полноценно. Самый печальный итог – оглянуться назад и вопрошать, что можно было бы иметь, если бы… Дорожите своими заветными мечтами, воплощая их в жизнь. Ах, путешествия… Большинство из нас любят путешествовать и страстно стремятся к этому. Мы тоскуем по приключениям в реальной жизни. Хотим посетить удаленные места, узнать культуры, не...
    Читать далее »

    Счастье

    Там, где жизнь бьет ключом, где оживленно и весело, там и ищите свое счастье. Моя шестилетняя внучка Элла однажды зашла в мой офис и уселась в кресло. Она давно слышала, что я занимаюсь коучингом, поэтому я спросил ее: «Не хочешь побыть сегодня тренером и немного поучить других?» Малышка посмотрела на меня, выпрямилась в кресле, и я понял: она готова. Элла спросила: – О ч...
    Читать далее »

    Взаимоотношения

    Любовь Магия Бога выражается через любовь; наивысшая форма любви – бескорыстная помощь другим. Вы когда нибудь смотрели в глаза новорожденного и ощущали восторг, который ребенок приносит в этот мир? Большинство из нас чувствуют исходящую от детей любовь. Мы являемся в мир с любовью и открытым сердцем. С самого детства мы отдаем свою любовь этому миру. Из л...
    Читать далее »

    Ваш комментарий:


    Вы должны войти в систему, чтобы оставить комментарий.